ИСПОВЕДЬ МАТЕРИ

КИМРСКАЯ

ПРАВДА

Общественная газета города Кимры и Кимрского района

Связь с редакцией:

тел. (48236) 3-22-71

тел. 8-910-830-75-25

kogvv@mail.ru

Набережная Фадеева, 13

г. Кимры

ИСПОВЕДЬ МАТЕРИ

Житейские истории

 Меня зовут Ирина, мне 36 лет. Хочу рассказать свою историю, чтобы те, кто прочитает, не повторяли моих ошибок. Знаю, кто-то осудит, кто-то поймет, но да ладно.

 Родилась   я в г. Сухуми. С самого рождения до 17-ти лет прожила на своей так сказать исторической Родине. В возрасте 14-ти лет я узнала о том, что я приемная дочь и история моего усыновления настолько темная, что разобраться где правда где ложь наверное не смогу никогда. С самого начала мне говорили, что мать моя биологическая не хотела меня, собиралась под поезд кидаться, когда была мной беременна. Но история моего появления у приемной матери вообще необъяснима, так как со слов людей, которые в этом участвовали в то время в Сухуми в роддоме торговали детьми, и меня хотела купить какая-то семья, но ждали мальчика, а родилась девочка. По странным обстоятельствам всеми правдами и неправдами были сделаны все документы, оформлено усыновление и после усыновления моя биологическая мать приходила к приемной кормить меня первое время. Понять не могу до сих пор, как может мать, которая носила девять месяцев ребенка и потом отказалась от него, кормить грудью отказника.

  В 1998 году приемная мать отправила меня в г. Кимры к моей крестной маме, чтобы я здесь получила среднее специальное образование. Спустя полтора года обучения я познакомилась со своим будущим мужем. Так как я на тот момент хотела семью  и была уже готова жить семейной жизнью, через 4 месяца мы поженились.

 Успешно  закончив медицинское училище, родила сына Алексея. Для меня этот ребенок был светом в окошке, любимым и желанным, а для мужа это было обузой, почему то ему было стыдно гулять с ребенком. Со стороны бабушки Лидии Николаевны С. вся любовь была показухой и поводом похвастаться перед подружками, что она такая замечательная и внук у нее самый лучший, и одет лучше всех. Все девять лет нашей семейной жизни бывшая свекровь лезла к нам чуть ли не в постель со своими советами и рекомендациями, и даже когда её сына потянуло на старушек (он обзавелся любовницей возраста своей матери), она благословила своего Стасика на это, лишь бы ему было хорошо.

  Когда мой муж гулял, позволял себе многое, в том числе рукоприкладство в присутствии ребенка, метал в нас ножи, так что нам с сыном приходилось прятаться  по комнатам. Но для бывших моих родственников это было все нормально. Как в поговорке «бьет значит любит».

   Приемная мать приехала вроде как помочь мне, чтобы сидеть с ребенком, а я должна была выйти на работу, но вышло все с точностью наоборот. Она пошла работать вахтером в медицинский колледж в Москве, а я продолжала сидеть с сыном. Единственный человек, на которого можно было всегда положиться, и, который помогал мне с сыном - это был мой свекор Вячеслав Николаевич, за что ему огромное спасибо, и конечно, в том числе благодаря его помощи я пошла на работу, когда моему Алексею было без одного месяца два года.

  Так как у Лидии Николаевны был и есть на сегодняшний день свой бизнес, мой муж не особо стремился обеспечивать свою семью, ему было удобно, что все его прихоти спонсирует мама, а обеспечение семьи впоследствии полностью легло на мои плечи.

  Спустя семь лет нашей совместной жизни мы приобрели трехкомнатную квартиру, которая была в равных долях оформлена на мужа и сына. Мы с сыном боялись находиться в одной комнате с папой и мужем, поэтому всегда старались закрываться в комнате сына на замок, так как от него можно было ждать чего угодно. Третью комнату в нашей квартире занимала моя приемная мать, и ее комната была все время закрыта. На девятом  году нашей совместной жизни мужу захотелось свободы и жизни без обязательств, и подал на развод.

  По настоянию своей приемной матери Нины Федоровны я не была ни на одном судебном заседании, и нас развели без раздела имущества, и судом было принято решение оставить сына Алексея со мной. Обманным путем  и шантажом, угрожая оставить нас с сыном на улице, Лидия Николаевна заставила меня отказаться от своей доли в доле мужа в трехкомнатной квартире и в тот же момент Стасик пишет дарственную на свою мать, чтобы не дай Бог никому ничего не досталось. Продав долю сына своей бывшей свекрови я приобрела квартиру в г. Кимры, сделав собственником своего Алексея.

Несмотря на то, что у Нины Федоровны в собственности своя квартира в Абхазии в Сухуме, проживала она в Кимрах, для того чтобы получать российскую пенсию и жить со всеми удобствами. Со Стасом у нас была устная договоренность о том, что я не подаю на алименты, но он ежемесячно будет выплачивать на Алексея по семь тысяч в месяц. Но прошел год, и он стал платить по пять тысяч в месяц, так как, видите ли, доход у них стал меньше. В воспитании сына папа не принимал никакого участия, виделись только в те дни, когда Стас приносил алименты.

  К своему стыду хочу признать, что до 32-х лет я во всем подчинялась  Нине Федоровне: с кем дружить, как дружить, как общаться и общаться ли вообще. Поэтому именно в возрасте 32 года я решила уйти из под ее контроля и начать жить своей самостоятельной жизнью, в которой не надо никому отчитываться о каждом прожитом дне, о своих действиях. Поэтому когда мне предложили перейти на ежедневную работу, я решила обосноваться ближе к работе и забрать своего единственного сына с собой, в нашу с ним самостоятельную жизнь. Хочу сказать, что не думала о том, что бабушка может настолько негативно влиять на ребенка и настраивать его против родной мамы, говоря о том, что слово мамы ничего не значит и мама – это не тот человек, к которому надо прислушиваться, которого надо любить, ценить и уважать.

  Забрать сына от Нины Федоровны мне удалось со второй попытки и то с помощью органов полиции, по настоянию которых эта женщина отдала документы моего сына и мы смогли  уехать из Кимр. Было это в 2014 году.

 С 2014 года по 17 февраля 2017 года Алексей проживал со мной и учился в школе, учился достаточно хорошо, показав себя достаточно неплохо, проявив свой талант в художестве и занимая призовые места на областном  и городском конкурсах. За это время ни одна бабушка, ни папа, ни дед не посчитали нужным приехать и посмотреть, как живет их внук, а о помощи какой-либо и речи быть не могло. Поэтому когда встал вопрос о том, куда будет поступать сын после девятого класса, я решила подать заявление на официальные алименты, так как пяти тысяч не хватало на тех же репетиторов, а они были по трем предметам, и на это уходило больше половины моей зарплаты.

Так как Алексей хорошо рисовал, то готовились мы поступать в колледж архитектуры и дизайна « 26-й кадр» на дизайнера. Так как черчение не преподается в школе, нам пришлось нанимать репетитора по черчению. Учеба в колледже платная и поэтому, несмотря ни на что, я решила обратиться к Лидии Николаевне за помощью. Но со мной она не стала разговаривать, сказав, что все вопросы будет решать с Алексеем. Когда же Алексей позвонил ей, не стесняясь в выражениях, она заявила, что мать у него неадекватная и если он хочет жить хорошо и ни в чем не нуждаться, то он должен отказаться от меня и уехать жить к ним. На что мой сын среагировал очень быстро, променяв меня на «жизнь в шоколаде», и уехал жить к отцу, при этом им в органах опеки был написан отказ от меня, так как якобы не даю ему общаться с отцом и его родственниками, хотя с моей стороны никогда никаких запретов не было ни на звонки, ни на общение любое другое.

  С сыном я не общалась с февраля по июнь месяц, так как номера его я не знала, а бабушки его не считали нужным сказать мне  номер. Увиделись мы с сыном в июне месяце, когда подписывали мировое соглашение об определении места жительства ребенка с отцом и истребовании алиментов от меня. Только в этот день мне удалось поговорить с сыном, и как оказалось, за отказ от меня ему купили новый мобильный телефон.

  Я все могла бы понять, простить и принять, если бы с его стороны не было следующего шага в виде иска в суд о выписке меня из квартиры, которая является единственным моим жильем. Получается, что тот, ради которого я столько терпела, ради которого пошла на все условия, лишь бы он был с жильем, готов сделать меня БОМЖом, при этом Нина Федоровна в этом суде идет третьим лицом со стороны Алексея. И, так же как и мой сын, приемная мать не против оставить меня на улице.

  Теперь сижу и думаю, зачем брать ребенка из роддома, якобы чтобы сделать его счастливым и при этом превращая жизнь этого ребенка в ад. Ведь не удочери она меня 36 лет назад, возможно я хоть бы от государства жилье имела, а теперь самые казалось бы  «близкие» люди делают такое.

  Единственное за что я сейчас благодарю Бога, что это случилось тогда, когда мне 36, что я могу работать, что я на ногах. А не тогда, когда я больная и немощная.

  Как после всего этого можно верить людям, даже родным, когда-то близким и любимым?

С уважением, Ирина Петрова

От редакции

Данное письмо поступило в нашу редакцию по электронной форме. Мы решили опубликовать его полностью. Имена людей, о которых рассказывается в этой истории, мы по понятным причинам немного видоизменили.